Наместник Карлсона На Земле (elcour) wrote,
Наместник Карлсона На Земле


The Song of Ghazvati - типа перевод

Норнор, три пищи. Как раз к полуночи по Торонто.
Если раньше измывался над Газвати, теперь можно было поиздеваться и над языком.

Щас пойдем сличать переводы.
avva любезно согласился судить.
Оригинал - под текстом перевода.

The essential biography of Ghazvati, one reckons, should commence as he, all fresher for Oxford, tackles British soil in Dover. There Fate, posing as a maiden, approaches him on the pier to propose casual relationship. The offer perturbs Ghazvati. He wavers, falls in pieces, and eventually splits in two. One half declines and proceeds to the stagecoach, leaving the other in the clutches of Fate.

Ghazvati shakes off heavy wined slumber and wakes on the pier in rags. His trunk and blanket are nowhere to be seen, and he concludes he's been led up the garden path. Sets out for the lost possessions and discovers that he is in Brittany. Only much later, way out of town, his feet swollen and bleeding, he fortunes upon the cottage of an affluent widow willing to dine and shelter him. That night, the widow is attacked by outlaws. Ghazvati leaps to the hostess's defense and kills one of them. The rest run away, leaving the body behind. In the dead man's pocket he finds a wallet with two ducats in it, and passage papers to the name of count da Almovera, a nobleman of Spain.

Morning sees la gendarmerie arrive. The corpse is capital evidence, and with the widow gone, Ghazvati is charged with murder. He faces lifetime of penal labour at best. In a bold all-in move he claims to be count da Almovera, grandee and cousin to the Spanish ambassador.

A coach takes Ghazvati to Paris. He recognizes un route the convoy gendarme to be his long lost brother. The same refuses to acknowledge Ghazvati as a sibling, not without reason. Failing to bribe the guard with the two gold pieces or stun him with shackles, Ghazvati talks him eventually into a joint escape.

As blood brothers, they reach Marseille, steal a boat in the dark of the night and sail for Italy. Italian coast patrol takes them for smugglers and kills the gendarme in the ensuing shootout.

Some months thence, we find Ghazvati in a little Montenegrin village where he zealously quarries stone in the company of half a dozen similar outcasts and scoundrels. Come Sunday, he features a clean blouse to join his confreres ogling the church-going girls.

One day, there is a quarrel among the hacks on their way back to the quarry; one of them called another a saphead. Argument escalates. During the fight, Ghazvati's skull is crushed with a pick, and he is left on the road for dead or dying. Delirious, he conceives an image of tying himself to a peace of flotsam jiggermast and being carried by waves.

Three days later, a Levantine merchant ship finds him, parched with thirst. The crew nurses Ghazvati back to health. Then, they are boarded by pirates. Ghazvati knows not whether he should present himself a Turk or Frank and flips a coin for answer. The coin falls overboard. He sees that, too, as a certain omen and maintains silence, lowering his head amidst the begging for mercy and cries.

He remains just as silent when the pirate captain grabs him by the chin and grunts at him in a foreign language.

Taken for deaf and dumb, he is sold at the Hudayda slave market to the harem of a dignitary who is expanding his staff of eunuchs. The harem is a maze cut out in a rock over the sea. Mere hours prior to emasculation, Ghazvati discovers a secret door in the wall of his holding cell. The passage leads through the palace treasury. Ghazvati grabs a golden incense flasket and a dagger with a huge emerald for its handle. Narrowly escaping pursuit, he makes his way out to a narrow ledge over the sea. The sentry lifts his eyes and brings up a poleaxe. Grabbing him into a tight bearhug, the prisoner jumps to the abyss.

Three hundred ells of precipice. Impossibly blue tranquility. The guard surfaces slowly, a pigeon egg sized emerald jammed in his chest.

Ghazvati climbs ashore and falls in exhaustion, letting his blood all over the sand; a chaser bullet grazed his brow.

He wakes with a tender touch of cool hands. A milk skinned beauty is changing his head bandages.
- Darling, - she says, - You were magnificent. So brave!

Looking around he finds himself in a tiny sleigh. The blue eyed belle is sitting beside him. It is pitch dark, night all around. A trio of black horses rushes the sleigh, plowing through endless snow clad fields. With a heavy black cloak on his shoulders, he is holding a dueling pistol, discharged.

A tiny squalid chapel closes in from afar... The logs are black with age, the listless priest hastily mumbles words of the ritual. Rings are exchanged, knees bent, wine, chalice... "husband and wife".

Then, a commanding hand tears the shabby door off its hinges. A tall duke with a droopy moustach bursts in, surrounded by minions.

- You rascal! Murderer! Dishonouring my daughter alone sufficed not; rather, you had to kill my son!
- Papà! - the beauty cries, - It was not his fault! Stanislas shot first. And he... he is my husband!
- My God! - The duke's eyes burn with cold fury. - Princess Potocki marries the first vagabond she meets, a gambler, a... a hussar of dubious origin! Die, you scoundrel!

A single shot rings out.
The beauty who shielded her beloved slowly sinks to the floor.

Ghazvati, blind with rage, grabs a wooden bench wreaking havoc left and right. The old duke falls, his temple smashed, and the lackeys scatter in terror.

The dying princess whispers:
- My love! Forever... till death... part...
Ghazvati throws the golden flasket to the priest's feet: "That should cover the damage".

Unsteadily, he leaves into the night.
In the wee hours, meets a blind wandering dervish and becomes his eyes for the road. Carrying a scrap saddlebag and pauper cups they go a-begging from town to town all the way to Masqat. There the dervish appoints Ghazvati apprentice to a magus. Seven years of scholarship follow. Ghazvati masters wizardry in its intricacies, learns the animal language, imbibes the secrets of the philosopher's stone, and finally grasps, akin to birds of Alī Shir Navāī, that his name literally means "end of vagrancy".

He bids farewell to the magus and returns to England with a bagful of alchemical gold. Upon the lengthy journey he disembarks in Dover, to learn that Ghazvati hath accomplished his studies at Trinity College and practises now medicine in Eastside. While he contemplates his next move, the purse with the remaining gold is stolen at the inn.

Next we know, Ghazvati rides the stagecoach to London admiring the views and sipping whiskey from a hip flask, with a blanket wrapped around his legs. That moment, Fate approaches him as a charming stranger. Ghazvati chides her. He demands, in succession, the return of his gold, wife, treasures of the harem, his gendarme brother, the trunk. The Fate refuses all. Then, he asks to restore everything to the starting point. The Fate accedes.

Ghazvati wakes on the pier in rags and realizes he's been had.

Начальной точкой отсчёта в подлинной биографии Газвати принято считать тот момент, когда он, зачисленный студиозусом в Оксфорд, сходит на английский берег в Дувре. На пристани Газвати является Судьба в образе юной незнакомки и предлагает ему случайную связь.

Газвати колеблется, переживает, расстраивается и, наконец, раздваивается. Одна половина отвечает отказом и следует к дилижансу, другая остаётся в объятиях Судьбы.

Опоенный, Газвати просыпается на пристани в лохмотьях, не находит своего саквояжа и пледа и приходит к выводу, что был одурачен. Отправившись на поиски пропавших вещей, он обнаруживает, что находится в Бретони. Сбив ноги в кровь, уже за пределами города набредает на домик зажиточной вдовы, которая предлагает ему кров и ужин. Ночью на вдову нападают разбойники. Защищая хозяйку, Газвати убивает одного из них. Остальные бегут прочь, бросив труп подельника. В кармане убитого обнаруживается кошелёк с двумя золотыми и документы на имя графа да Альмовера, гишпанского дворянина.

Утром приходят жандармы. Основная улика — труп, вдова исчезла. Газвати предъявлено обвинение в убийстве. В лучшем случае, ему грозит пожизненная каторга. Он идёт ва-банк и объявляет себя графом да Альмовера, грандом и кузеном гишпанского посла.

Газвати сажают в карету и везут в Париж.

По дороге он узнаёт в стерегущем его жандарме родного брата.

Жандарм — не без оснований — отказывается признать брата в Газвати. После безуспешных попыток подкупить стража двумя золотыми и оглушить его кандалами, Газвати, наконец, уговаривает того бежать вместе с ним.

Побратавшись, они вместе добираются до Марселя, где крадут под покровом ночи лодку и отправляются в Италию. Итальянская береговая стража, приняв их за контрабандистов, убивает жандарма в перестрелке.

Через несколько месяцев мы обнаруживаем Газвати в небольшой деревушке в Черногории, где он усердно дробит камень в компании полудюжины таких же изгоев и отбросов общества, как и он сам. По воскресеньям, надев чистую блузу, он ходит сотоварищи поглазеть на девушек, идущих в церковь.

Однажды на обратном пути в каменоломню между рабочими вспыхивает ссора: один из них назвал другого недоумком. Ссора перерастает в драку, в ходе которой Газвати пробивают голову киркой и оставляют лежать на дороге, сочтя мёртвым или умирающим. В бреду ему мерещится, что он привязался к обломку мачты и несом волнами.

Через три дня его, обессилевшего от жажды, подбирает левантинское торговое судно. Команда выхаживает Газвати, затем корабль берут на абордаж пираты. Газвати не знает, назваться ему турком или европейцем и решает вопрос жребием, кинув монету. Монета летит за борт. Газвати и в этом усматривает некий знак и покорно молчит, опустив голову, ожидая своей участи среди стонов и воплей о пощаде.

Продолжает он молчать и тогда, когда главарь пиратов грубо берёт его за подбородок и произносит несколько слов на непонятном языке.

Его принимают за глухонемого и продают на невольничьем рынке Ходейды в гарем вельможи, пополняющего штат евнухов. Гарем расположен в лабиринте, высеченном в скале над морем. За считанные часы до оскопления Газвати находит потайную дверь в стене комнаты, где он заточён. Тайный ход ведёт через дворцовую сокровищницу. Прихватив золотой флакон для притираний и кинжал с огромным изумрудом в рукояти, Газвати, преследуемый стражей, продолжает свой путь и выходит на узкий карниз над морем. Стоящий на часах стражник поднимает глаза и заносит алебарду. Заключив его в объятия, пленник камнем бросается вниз. Триста локтей обрыва, безмятежная синяя гладь, медленно всплывающий часовой. Из груди у него торчит изумруд размером с голубиное яйцо.

Газвати выбирается на берег и в изнеможении падает, обагряя песок кровью: пущенная вдогонку пуля оцарапала ему голову.

Его будит нежное прикосновение прохладных рук.

Белолицая красавица меняет ему повязку на голове. "Дорогой, — говорит она, — Ты был великолепен! Какой ты смелый"!

Газвати оглядывается. Он сидит в небольших санях. Кругом глубокая ночь. Тройка вороных мчит сани по бескрайнему заснеженному полю. На плечах у него чёрная бурка, в руке разряженный дуэльный пистолет. Рядом сидит синеокая прелестница.

Вдали вырастает небольшая покосившаяся часовенка. Чёрные от времени брёвна, сонный ксёндз торопливо бормочет слова обряда. Кольца, преклонённые колена, кубок с вином, "…мужем и женой".

Могучая рука срывает с петель хлипкую дверь. В часовню врывается, в сопровождении слуг, высокий худощавый князь с обвисшими усами.

— Подлец! Убийца! Тебе мало было обесчестить мою дочь, ты должен был ещё убить моего сына!

— Папa! — кричит красавица. — Он не виноват! Станислав стрелял первым! А он… он — мой муж!

— Бог мой! — Глаза князя зажигаются яростным огнём. — Княжна Потоцкая выходит замуж за первого попавшегося авантюриста, игрока, гусара, человека сомнительного происхождения!.. Умри же, негодяй!


Красавица, закрывшая любимого своим телом, оседает на пол.

Ярость застит Газвати глаза. Схватив деревянную скамью, он принимается крушить всё и вся. Старый князь падает с пробитым виском, слуги в ужасе разбегаются.

Княжна, умирая:

— Любимый! Всегда… мой… пока смерть… разлучит…

Газвати бросает ксёндзу под ноги золотой флакон:

— Это должно возместить твои убытки.

Пошатываясь, уходит в ночь.

Под утро ему встречается странствующий дервиш-слепец, который берёт его в поводыри. С тряпичной сумой и мисочками для подаяний они бредут от одного города к другому, пока не приходят в Маскат.

Здесь дервиш определяет Газвати в ученики к магу. За семь лет учения Газвати овладевает премудростями колдовства, учится понимать язык животных, постигает тайны философского камня и наконец узнаёт, подобно птицам Алишера Навои, что его имя означает "Конец Скитаний".

Распрощавшись с магом, он возвращается в Англию, прихватив мешок изготовленного алхимическими средствами золота. После длительного путешествия он высаживается в Дувре, где узнаёт, что Газвати успешно завершил обучение в колледже Св. Троицы и открыл врачебную практику в Истсайде. Пока он решает, как ему поступать дальше, на постоялом дворе у него крадут кошель с остатками золота.

Укутав ноги пледом, он катит на дилижансе в Лондон, поглядывая в окно и попивая виски из плоской фляги.

В этот момент ему является Судьба в образе очаровательной незнакомки. Газвати осыпает её упрёками. Он поочерёдно требует вернуть ему золото, жену, сокровища гарема, брата-жандарма, саквояж. Судьба отвечает на всё отказом. Тогда он просит вернуть всё к исходной точке. Судьба соглашается.

Газвати просыпается на пристани в лохмотьях и понимает, что был одурачен.

  • о расовой справедливости и поисках под фонарём

    Страсти американских протестов накаляются. Мало кого из знакомых мне американцев они оставили вовсе равнодушными. Увы, американское общество очень…

  • блюдо сезона: roll with the punches

    Несколько лет назад записал приватно мысли о том, что позволяет мне продолжать заниматься борьбой с молодёжью. В переводе с англ: Я не быстрее своих…

  • (Im)Poster Girl

    Знакомая рассказала. Разрешила выложить. С ея словъ: У нас на работе решили отправить кого-то из менеджеров среднего звена на онлайновую…

  • Post a new comment


    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 


  • о расовой справедливости и поисках под фонарём

    Страсти американских протестов накаляются. Мало кого из знакомых мне американцев они оставили вовсе равнодушными. Увы, американское общество очень…

  • блюдо сезона: roll with the punches

    Несколько лет назад записал приватно мысли о том, что позволяет мне продолжать заниматься борьбой с молодёжью. В переводе с англ: Я не быстрее своих…

  • (Im)Poster Girl

    Знакомая рассказала. Разрешила выложить. С ея словъ: У нас на работе решили отправить кого-то из менеджеров среднего звена на онлайновую…