Наместник Карлсона На Земле (elcour) wrote,
Наместник Карлсона На Земле
elcour

Categories:
Вот к этому посту avva.
Лжеюзер gera там интересовался позицией религиозной публики и совместимостью идей святости библейского текста и его эволюции.
Здесь, под лыжекатом, я привожу некоторую подборку цитат, которая поможет нам разобраться с этим вопросом. Поколебавшись слегка относительно языка, даю сделаный на скорую руку перевод - почти подстрочник.



Во все времена все мудрецы Торы, которым приходилось, в рамках принятия постановлений или составления законов о свитках Торы, собирать материал о точности текста, предпочитали провести жёсткую грань между унылой текстуальной реальностью, не оставляющей возможности дальнейшего опознания исторической достоверности текста, и религиозным авторитетом, позволяющим в любой момент установить приемлемый текст согласно hалахическим канонам. Исторический вопрос не вызывает споров; сегодня не существует свитка Торы, о котором можно было бы определённо сказать, что он в точности представляет текст, полученный Моисеем на горе Синай. При всём при том, едва речь заходит о соответствии свитка Торы букве закона, мы натыкаемся на жёсткие позиции, основанные на hалахических принципах постановления, как то: постановление согласно большинству версий или мнению знатока, либо некоторое примирение с действительностью, основанное на принципе “Когда настаёт пора служить Г-споду, Тора может быть нарушена” или же на признании нашей “беспомощности”. Приведённые ниже примеры следует расценивать лишь как ссылки на hалахические обсуждения, связанные с этой темой. Что до хронологии высказываний - мы будем двигаться вспять.
Хатам Софер, в ответе на неоднократно задаваемый вопрос, почему закончивший писать свиток Торы не должен произнести благословение, относящееся к заповедям (несмотря на то, что исполнил заповедь Торы), говорит (“Ответы Хатам Софера”, ч.I, 52):
«… Этот вопрос кажется мне излишним; если бы составители
Талмуда разбирались в полных и сокращённых написаниях, они сами
установили бы благословение на свиток Торы, но,как поясняется в
трактате Кидушин (30а), они не были уверены даже в точности фраз и
стихов текста Торы. Кроме того, мы не раз встречаемся с ситуацией,
когда традиционный текст Торы не соответствует мнению Талмуда –
и тогда мы следуем традиции, хотя Талмуд считает такой текст непригодным.
В трактате Нида (33а) и в Тосафот (там же) сказано, что והנושא пишется
без вава, т.е. сокращённо (см.). Таков закон, установленный Талмудом.
Тем не менее мы пишем его в свитке Торы полностью, с вавом».
Хатам Софер не оставляет сомнений в своей позиции относительно состояния свитков Торы со времён Талмуда и до наших дней. По его словам, мы недостаточно сведущи в вопросах полного и сокращённого написания, или даже
в стихах Торы. Основу этого положения он выводит из слов рава Йосефа в трактате Кидушин (30а) о состоянии вавилонских манускриптов: “Они сведущи в вопросах полного и сокращённого написания, а мы – нет”. Он указывает на противоречия между традиционным написанием и версиями Талмуда. Мы находим даже hалахические мидрашим, основанные на версиях, несуществую- щих в традиционном тексте. Согласно Хатам Соферу, это противоречие улаживается посредством разграничения двух плоскостей:
а.) Образом написания свитков согласно традиции.
б.) Законов, выведенных из другой версии, сохраняющих свой вес и значение.
Хатам Софер не вдаётся в обсуждение некоторых основных вопросов, возникающих касательно его позиции, как то: Каким образом этот подход сочетается с известным hалахическим положением, согласно которому “свиток Торы, в котором недостаёт одной буквы, непригоден” (Рамбам, “Законы тефилин, мезуз и свитков Торы”, 1:2). Это постановление является одним из основных факторов, формирующих общественное мнение о безупречной передаче Торы. Как понимать его в свете сказанного Хатам Софером?
Этот самый вопрос о видимом противоречии между допущением нашего незнания точного написания Торы и hалахическим определением Рамбама становится объектом внимания р. Авраама бен Мордехай hалеви, автора книги “Гинат Врадим”, жившего примерно за сто лет до Хатам Софера. Ниже приведены основные моменты, затрагивающие нашу тему (“Ответы Гинат Врадим”, Орах Хаим, правило 2, часть 6):
«Вопрос: Да просветит нас рабби. Маймонид пишет в начале 5-й
части “Законов свитков Торы”, что есть двадцать вещей, которые,
случись любая из них со свитком Торы, лишают свиток святости и
делают его непригодным к публичному чтению. В списке этих
вещей упоминается также пропущенная или лишняя буква. Но
ведь ни один свиток Торы в наши дни не является по-настоящему
кошерным, как Тора, полученная на Синае? Даже во времена
Талмуда не было ни одной кошерной Торы, как мы видим из
Кидушин (30а); ‘На ваве слова Гахон кончается половина знаков
Торы. Рав Йосеф спросил, к какой половине принадлежит сам вав.
Мудрецы удивились, почему он задаёт такой вопрос, вместо того,
чтобы взять свиток Торы и посчитать. Он ответил им, что мы
несведущи в вопросах полного и сокращённого написания.’ Но
если мудрецы Талмуда, предшествующие нам, не разбирались в
вопросах полного и сокращённого написания, то что можно
сказать о нас, разбросанных и разобщённых,обмельчавших
с течением времени? И не следовало ли Маймониду сказать, по
меньшей мере, что так должно было быть изначчально, согласно законам Торы, но в наши дни невозможно найти свитка
Торы, отвечающего этим требованиям, и поэтому мы вынуждены
пользоваться теми свитками, которыми располагаем, за
неимением лучшего?
Ответ: В трактате Софрим (6:4) рассказывается о трёх свитках,
найденых в храме. Там, где в двух из них было написано меона,
а в третьей – маон, постановили последовать за большинством.
Так же поступили в выборе между версиями заатутей и ацилей,
согласно предписанию Торы следовать за большинством (хотя
истинной могла быть другая версия)… люди, нашедшие в храме
разночтения между свитками, тщательно их проштудировавшие и
перепроверившие, подсчитавшие буквы Торы с учётом полного и
сокращённого написания, совершенно справедливо следовали
большинству версий, если их одолевали сомнения… Таким
образом, слова Маймонида понятны и уместны; Поскольку существует возможность выяснить изначальное происхождение каждого
свитка и последовать за большинством, проверенный таким
способом свиток приобретает статус полученного на Синае, и
любой отличный от него текст считается непригодным и не обладает святостью Торы… И потому текст тикун софрим,
установленный для нас ришоним, не может быть изменён, как
будто его получили на горе Синай…»
И вопрос, и ответ крайне любопытны и поучительны. Вопрос лежит в идеологической плоскости и не обязательно связан с конкретной практической проблемой. Спрашивающему трудно совместить слова Маймонида об одной букве, делающий негодным свиток, с известным, не вызывающим у него сомнений тезисом, согласно которому не только в наши дни, но и во времена Талмуда было невозможно определить до единой буквы точный текст Торы. В ответе автор “Гинат Врадим” подчёркивает существование двух различных подходов: а.) идеологического и б.) исторического. Действительно, с исторической точки зрения свитки Торы в разных общинах не совпадают с текстом Торы, полученной на Синае. С hалахической же точки зрения понятие ‘Тора, полученная на Синае’ должно распространяться на любое решение, принятое людьми в соответствии с принципом следования большинству. Первое свидетельство о принятии подобного решения мы находим в рассказе о трёх свитках, описывающем реалии эпохи второго храма. В самом храме обнаружились свитки, содержащие текстуальные отличия, и между ними пришлось выбирать, чтобы установить признанный текст. С этого момента текст, представляющий эти решения (по-видимому, это ‘текст Масоры’), как будто был получен на Синае, несмотря на то, что он не обязательно представляет исторически правильную версию. Вслед за этим силовым постановлением, периодически возникала необходимость в дополнительных постановлениях, также основанных на принципе большинства и ничем не отличающихся от первого. Слова Маймонида, согласно ‘Гинат Врадим’, относятся к тексту, сформированному этими постановлениями.
Рассмотрим теперь ещё более раннюю действительность, преобладавшую в разных центрах передачи традиций в диаспоре, и отношение к ней мудрецов той эпохи, составивших законы свитка Торы в качестве инструкции для писцов. Начнём с постановления Рама (р. Меир бен Тодрос hа-Леви, живший в Толедо в 13-м веке), одного из величайших поским Испании и крупного знатока в вопросах текста и традиции. В своей книге ‘Масорет съяг лаТора’ он, в частности, пишет:
«…Тем более сейчас, когда, из-за грехов наших, сбылось
сказанное о нас; “Поэтому вот, Я опять удивлю народ этот чудом
дивным, и пропадёт мудрость мудрецов его, и разум разумных
его исчезнет” (Ис., 29:14). А если мы полагаемся на
непоколебимость наших книг, то ведь и в них есть множество
разночтений, и если бы не традиции, оберегающие Тору, в этой
путанице никому не разобраться. Даже традиции не убереглись
от споров, чему есть не один пример, но число этих разногласий
несоразмерно с числом разночтений в книгах. А реши кто-либо
написать воистину верный свиток Торы, он запутается в полном
и сокращённом написаниях и заблудится, как слепец, в потёмках
противоречий; он не добьётся успеха в своём начинании. Когда я,
Меир hаЛеви, сын Тодроса hаЛеви Испанского, увидел судьбу,
постигшую все книги и традиции полного и краткого письма,
разрушенные временем, я ощутил необходимость поиска
наиболее точных и выверенных текстов и традиций. Старым и
выверенным текстам надлежит отдавать предпочтение перед
новыми, с тем, чтобы последовать за большинством, в соответ-
ствии с заповедью Торы разрешать все разногласия согласно
большинству, ибо сказано “Поступать согласно большинству”…»
Рама был одним из немногих во все времена еврейских мудрецов, не только знающих Тору, но и разбирающихся по-настоящему в вопросах традиции и текста. Недаром он стал признанным авторитетом в этой области и для своего, и для последующих поколений. Его книга ‘Масорет съяг лаТора’ отражает кропотливый труд специалиста, сравнившего тысячи Масоретских заметок и тщательно изучившего книги, которые он называет “точными и выверенными”. Результаты этих сравнений он использовал в своих указаниях к написанию свитков Торы. Эта работа оказала решающее воздействие на формирование текста Торы в ашкеназских и сефардских общинах, воздействие, усилившееся уже в эпоху манускриптов, но достигнувшее апогея при книгопечатании, когда вместе с этим технологическим переворотом возникли новые возможности ускорения процесса создания единого текста. Новые средства, позволявшие быстро и эффективно распространять признанные книги, привели к ускоренному созданию единого текста на основе “Масоры”, даже в тех краях, где веками пользовались сильно отличающейся версией (например, Ашкеназ). Текст Торы в первом издании ‘Микраот Гедолот’ всё ещё не идентичен предложенному Рама (существуют десятки отличий, только в Берешит их 15, как то:
и др.), ,[8:21] מנעוריו ,[9:17] הקימתי ,[9:29] ויהיו ,[26:25] אהלה
но издание ‘Тикун Сефер Тора’, увидевшее свет по настоянию Рама, вкупе с несколькими дополнительными постановлениями р. Менахема ди Лунзано (конец 16-го века) в книге “Ор Тора”, сформировало наконец точный традиционный текст, общий сегодня для сефардских и ашкеназских общин (он же – текст Танаха Корен).
Теперь перейдём к Маймониду, величайшему еврейскому светочу всех времён, старшему современнику Рама, также пожелавшему указать путь к правильному написанию свитка Торы. Маймонид, находясь в ту пору в Египте, отражает в своих “Законах свитков Торы” (ч.8, h.4) в основном текстуальные реалии в странах востока. Его описание концентрируется в первую очередь на “открытых” и “закрытых” главах и формах стихов, неточности в которых могут сделать свиток непригодным к использованию. Тем не менее, не оставляет сомнения, что Маймонид имеет в виду и другие текстуальные явления, как, напри- мер, полное и сокращённое написание. Он пишет:
«Поскольку я обнаружил в этом вопросе большую неразбериху
во всех свитках, да и знатоки традиций, пишущие об открытых и
закрытых главах, не могут прийти к согласию, ссылаясь на
различные источники, я решил описать здесь все открытые и
закрытые главы Торы, равно как и формы стихов, дабы свитки
были исправленны соответственно. Текст, на который мы опираемся, хорошо известен в Египте. Он включает в себя все двадцать
четыре книги, и до недавнего времени находился в Иерусалиме,
где писцы сверялись с ним при переписке. Текст этот признан
всеми, ибо составлен он Бен-Ашером, выверявшим его в течение
многих лет. На его основе я и написал свиток Торы в согласии с
hалахой.»
Мы опять сталкиваемся с проблемой разночтений между текстами, но выход, предложенный Маймонидом, отличен от решения Рама. Поскольку он располагал известным текстом, написанным крупным знатоком традиции, Аhароном Бен- Ашером (речь идёт о ‘Кетер Арам Цова’, находящемся сегодня в Музее Израи- ля), он не следует за большинством версий, а полагается на глубину познаний Бен-Ашера и пишет, пользуясь его руководством, Тору, послужившую в даль- нейшем эталоном для написания новых свитков. (По-видимому, йеменская Тора является копией этого текста.)
Куда более тяжёлое состояние свитков средневековья мы находим у Рабейну Тама, знаменитого тосафиста и предводителя ашкеназского еврейства в первой половине 12-го века. Он тоже изучил манускрипты в своём регионе в рамках подготовки к составлению законов свитка Торы, и результаты нашли отражение в его словах (“Законы свитков Торы”, Махзор Витри, стр. 654):
«Отныне и впредь, следует обращать внимание на аккуратность
писцов и на точность букв, потому что сами они недостаточно
хорошо знают правила, как сказал рав Йосеф в конце первой
части Кидушин: “Они сведущи в вопросах полного и сокращённого написания, а мы – нет”. А поскольку настала пора служить
Г-споду, то и наши свитки кошерны.»
Итак, рабейну Там постановил, что ашкеназские свитки Торы неточны вследствие недостатка специального образования у писцов, и что положение дел во всём, что касается текста, практически не отличается от Вавилона времён р. Йосефа. Рабейну Там даже не предлагает версии, установленной согласно большинству текстов, так как разнообразие этих текстов лишает подобное решение смысла. Кошерность свитков Торы проистекает не из степени их точно- сти, а из hалахического указания “Когда настаёт пора служить Г-споду, Тора может быть нарушена”. Ситуация не претерпела сущностных изменений в Ашкеназе до конца средневековья, как следует из свидетельства одного из мудрецов конца 14-го – начала 15-го века, р. Йом-Тов Липмана Мильхойзена (в книге ‘Тикун сефер Тора’):
«Из-за наших многочисленных грехов Тора была забыта, и
нельзя найти кошерного свитка, потому что писцы невежественны, а люди просвещённые не обращают на это внимания.
И когда я попытался найти Тору, написанную как полагается
с точки зрения букв и открытых и закрытых глав, у меня ничего
не вышло, не говоря уже о правилах полного и краткого письма,
напрочь утерянных всем поколением, и здесь мы беспомощны…»
Следует заметить, что р. Йом-Тов Липман Мильхойзен, который был по большей части судьёй и главой йешивы в Праге, известен своими странствиями и деятельностью на территории всего ашкеназского региона, от Польши и до Германии. Таким образом, отчаяние, сквозящее в словах о бесплодности его попыток найти правильную Тору, относится ко всему этому пространству. Очевидно, в Ашкеназе практически ничего не изменилось со времён рабейну Тама, более того, сам регион ещё и разросся на восток, в сторону Польши и России.
Я завершаю обозрение словами Радака (р. Давид Кимхи), одного из крупнейших библейских комментаторов средних веков, выражающего своё мнение по поводу исторического формирования традиционной версии текста. В конце предисловия к ранним Пророкам он поясняет некоторые принципы, которым он следует, в частности, комментируя ктив и кри, и даже предлагает объяснение возникновения этого явления. Вероятно, Радак, помня рассказ Талмуда о трёх свитках, найденных в храме, видит в нём отголоски обширной деятельности Аншей Кнесет hаГдола, направленной на установление единого текста всех священных книг, утерянных и перепутанных уже во время первой диаспоры. Выбор версии при разночтениях очень часто (помимо трёх примеров Талмуда) делался на основе большинства. Эти постановления не находят сегодня отражения в наших книгах; единственное, что осталось – это явление ктив и кри – напоминание о тех случаях, когда они не могли сделать выбор, и сохраняли обе версии. Радак пишет:
«Я буду указывать и причины кри и ктив, того, что пишется, но
не читается, и того, что читается, несмотря на то, что не пишется,
в тех случаях, когда смогу это сделать. Сдаётся мне, это
объясняется тем, что за время первого изгнания книги были
утеряны, знающие их мудрецы умерли, и Аншей Кнесет hаГдола,
возвратившие Торе её былое величие, улаживали разночтения,
следуя за большинством; там, где они не знали в точности, какой
версии следует оказать предпочтение, они не ставили огласовок,
или выносили текст на поля, а иногда приводили обе версии –
одну в тексте, другую на полях.»

Ergo, если человек вменяемый настаивает на исторической преемственности неизменного(!) библейского текста - он, по всей видимости, жулик.
Tags: дискуссии, евр.
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 4 comments