November 11th, 2004

Ucho od śledzia

Из старой серии переводов самого себя

Многое много домов московских
В грязь не ударит лицом.
Но особняк купцов Ивановских
Был краше иных дворцов.

Петли журчали, словно фонтаны,
В проемах резных дверей.
И голоса звучали спонтанно
Купеческих дочерей.

Их красота – предмет для споров.
Ясно только одно:
Каждую ночь толпа ухажеров
Ходила к ним под окно.

Время несло свои отголоски,
Менялся уклад и быт.
Но особняк купцов Ивановских
До сих пор не забыт.

Выйду, встану совсем как надо
Под широкий балкон.
Сладкую мою серенаду
Слушай, горисполком!

Под лыжекатом - то же, но на иврите.
Collapse )
без бороды

шальное воспоминание - весь день почему-то в башке мелькало

Нельзя сказать, что я любил Шая. Во всяком случае, нельзя так сказать, не погрешив против истины: Шая я не любил. Он был гиперактивен, вечно лез ко всем и каждому, хватал за пуговицы и несмешно острил. Впрочем, если бы острил смешно, так и не хватал бы, наверное, за пуговицы.
Collapse )