Судьба играет человеком, а человек играет на трубе
(Нил) Армстронг

Некоторые из моих знакомых говорят, что легко отличают государство-друга от государства-врага.
С государством-другом они готовы сотрудничать и помогать ему, а государству-врагу желают всяческих неблаг и посылают лучи гонореи и ненависти.
Так, сказал однажды мне Т., если под моим окном посреди ночи появится пьяный и будет горланить свои песни, я сразу (после первого замечания) вызову полицию. А если б такое случилось в России, постарался бы этого избежать, возможно, скорей сам бы спустился и начистил ему чайник. Потому что представляю, мол, что полиция может сделать с пьяным у нас, а что - там.
Блажен, кто верует, тепло ему на свете.
Помните, я как-то про Уэйна писал? Да, маломогущих всегда ебали и ещё будут.
Есть тут один парнишка, Тимом зовут. Аллен, наш шамес, его пригрел. Славный малый, всегда старается помочь, если кому чего надо, добрый, хороший. Одна беда: пить ему категорически нельзя (эпилепсия), а он на это "нельзя" почихивает. Выпив, становится буйный. Так он впервые загремел в ниагарскую кутузку. На три года - и вполне, видимо, справедливо.
С тех пор его сажали ещё пару раз: один раз за травку, другой - за хамство полицейскому (несмотря на трёх свидетелей, пришили нападение; дёшево ещё отделался). Короче, к сливкам местного общества Тим принадлежит лишь отчасти.
У местной полиции он на мушке с первой отсидки. Так, он - единственный, насколько мне известно, житель городка, получивший 200 долларов штрафа за езду на велосипеде без звонка (это с 1952 года, когда закон был введён). На его месте я б, наверное, давно уже свалил куда-нито. А он вот не хочет.
Три недели назад Тим гостил у Аллена, когда с ним случился припадок. Аллен вызвал скорую. Вместе со скорой приехал наряд полиции.
На глазах у нескольких гостей медикам сказали уйти за угол, пятеро полицейских ворвались в дом и избили Тима ногами. Как следует избили - с переломами, со внутренним кровоизлиянием.
В тот же день на него завели уголовное дело: когда один полицейский схватил его, Тим в припадке его укусил.
Найдёт ли он адвоката, способного (а главное, готового) судиться за него с полицией? Практически наверняка не найдёт. Денег у него нет, а связываться кому охота?
Это я к чему всё пишу? Люди, ставшие случайными свидетелями этой истории, до сих пор в шоке.
Как же так может быть? Как могут наши бравые защитники, часть той системы, которая призвана нас защищать, опекать, холить и лелеять, вести себя столь бесчеловечно?
Видимо, повезло мне, что родился в Союзе, да ещё и в семье диссидентов: никакого шока не испытал.
Я не верю в государство-друга (хотя в детстве верил, по наивности, в государство-врага).
Государство - это аппарат. Когда вы в последний раз встречали враждебный велосипед или дружелюбный молоток? Если в аппарате что-то не работает, надо чинить. Менять надо. Разбирать, смазывать, чистить.

И что, и с этой вот хохмой я еду в Одессу?
Нет. Пока не еду.
Полицейская система действительно может придавить, примять не хуже любой другой мощной системы. Как справедливо замечал либертарианец Аверрос (если б он на этом остановился!), мимо агрессивного козла с дубинкой лучше ходить осторожно.
Недавно давал iliatу посмотреть "The wrong man" с Генри Фонда в главной роли. Там человека арестовывают по ошибке, приняв за грабителя-рецидивиста. И вот всё время, пока его сажают, выпускают под залог, устраивают очные ставки и опознания, судят, он взирает на это с некоторым отрешённым спокойствием: в самом деле, он же невиновен, значит ему не о чём волноваться, система во всём разберётся. Эх, хотел бы я велосипед, заслуживающий такого же доверия!
iliat мне говорит - какой, дескать, страшный фильм! Показывает, как общество аккуратно, брезгливенько отодвигает тебя в сторону, едва тебя начало утягивать под колёса.
А вдуматься - почему, собственно, страшнее попасть по облыжному обвинению в тюрьму, чем под колёса соскользнувшему с заснеженной трассы грузовику или в зубы бродячей стае собак?
Видимо, страшнее только если ты очеловечиваешь систему и доверяешь ей - настолько, что чувствуешь себя преданным.
Я тогда iliatу другой фильм показал, "Ночной допрос" с Лино Вентурой (лет шесть назад сделали римейк с Морганом Фрименом - никакого сравнения, смотрите оригинал).
Умный, опытный следователь где-то на юге Франции допрашивает подозреваемого в изнасиловании и убийстве двух маленьких девочек. Собственно, сначала тот приходит как свидетель, но очень скоро превращается в подозреваемого.
И ведь уважаемый, видный человек, адвокат, меценат - но уж больно много неувязок в его показаниях. И улики против него тоже есть, но, увы, пока только косвенные.
Постепенно, кусочек за кусочком, мы узнаём, что подозреваемый ненавидит мир вообще и людей в частности, слушаем, как он всё дальше запутывается в собственном вранье, выясняем вместе с проницательным следователем, что в свободное от работы время он трахает малолетних проституток...
Словом, фильм позволяет зрителю проникнуться той брезгливостью в отношении подозреваемого, какая вполне уместна для рядового члена нормального, чистенького общества.
Наконец, адвокат признаётся в убийствах (заметьте, его не били, ему не загоняли калёных игл под ногти и не угрожали расправой с семьёй. Его вполне корректно допрашивали - полицейский, который посрели допроса дал ему по морде, был отстранён от дела и наказан).
Адвокат признаётся - и лишь через несколько часов после этого неподалёку ловят настоящего убийцу.
Замечательный фильм о том, что некоторые люди обладают складом ума и характера, позволяющим системе при некоторых сопутствующих обстоятельствах закатать их в асфальт.
Ну, что скажешь? Не повезло.
Как, впрочем, и тому, кто попал под грузовик или упал на токарный станок.
Но ощущение предательства у бургера, наверное, никуда не девается. Оно жжёт душу, как если б любимая жена под грузовик толкнула, словно это лучший друг его на станок бросил.

Моя милиция, которая меня бережёт, неужели она... неужели может делать и плохое?
Не верю! Не верю! (Ещё один Станиславский, бля.)

Это в нашем городке жила Карла Гомолка, жена известного маньяка-убийцы Пола Бернардо.
Эта парочка изнасиловала и убила трёх девочек (их первой жертвой была младшая сестра Карлы). Один мой прихожанин их ловил - он заведовал тогда криминалистической лабораторией ниагарской полиции. Впрочем, поймали их скорее случайно: когда муж особенно крепко поколотил Карлу и она попала в больницу, её кровь и кожа мужа из-под её ногтей попала на экспертизу.
Карле впаяли 12 лет (прокуратура облажалась; они поспешили предложить сделку, вскоре после того всплыли улики, позволившие бы дать ей несколько пожизненных. Падкая на патоку патос пресса обозвала договор "пактом с дьяволом"). Летом 2005 она вышла на свободу.
Бернардо дали несколько сот лет, он вряд ли когда-либо выйдет на свободу.
За ним ещё до Гомолки много всякого числилось.
Уже в тюрьме Бернардо сознался ещё в двух изнасилованиях и одном убийстве.
А вот в чём не сознался - это в убийстве Элизабет Бэйн.
Почему не сознался? Хер его знает. Возможно, потому, что этого убийства он не совершал.
Но может быть, и потому, что к тому времени за него уже осудили Роберта Балтовича.
Балтович был бойфрендом Элизабет Бэйн. Когда летом 90-го года она пропала, а через два дня её машину нашли на загородной стоянке с большой лужей еённой крови, его допросили. Потом арестовали. Потом судили и посадили.
Судя по всему, улики против него были косвенными (собственно, и арестовали его главным образом потому, что он глупо наврал насчёт своего алиби). Немалую роль в приговоре сыграл, видимо, и судья, практически попросивший присяжных признать подсудимого виновным. С 2000 года дело Балтовича пересматривается, сейчас его выпустили до нового суда. Новый судья смело ругает того, старого, потому что тот давно на пенсии. А может, не поэтому, может, он просто такой храбрый или справедливый.
Свидетели, последними видевшие Элизабет Бэйн, описывали неизвестного блондина. Их описания вполне соответствовали внешности Бернардо, да и было это в двух шагах от его тогдашнего дома. Но всё это, конечно, происходило за несколько лет до того, как Бернардо поймали.
Тела никогда не нашли.
В 90-м Балтович был 25-летним пацаном, как раз окончившим факультет психологии торонтского университета и нашедшим многообещающую работу. Сейчас он - сорокалетний мужик, проведший 15 лет жизни в тюрьмах и судах.
Виновен ли он в убийстве? А хрен его знает.
Если невиновен, я ему очень сочувствую.
Но не больше, чем умирающим от голода детям Сомали. И не больше, чем жертвам Бернардо и Гомолки.
И не потому, что я такой чёрствый, бездушный сухарь. Вы не смотрите, я как раз очень добрый.
А потому, что ему, как и им, не повезло - и мне не кажется, что ему больше.

Как вы думаете, если он невиновен, у него действительно есть основания чувствовать, что его предали?

ЗЫ А вот тут ещё всякие истории от Ассоциации в Защиту Невинно Осуждённых